Жизнеспособные дофаминергические терминалы могут компенсировать снижение числа функционирующих нервных окончаний более высоким, чем в норме, высвобождением дофамина, очевидно, за счет пресинаптических ауторецепторов, регулирующих выход нейромедиатора в синаптическую щель [Raiteri et al., 1978], а также возрастанием количества ре-цепторных участков для передатчиков, адаптивным изменением плотности рецепторов, их чувствительности [Carter С. et al., 1980; Reisine Т., 1981]. Изменение чувствительности рецепторного аппарата, по-видимому, является основой в работе нейромедиаторных систем мозга в норме и в патологии.
Имеются все основания утверждать, что после разрушения дофаминергических окончаний лобной коры либо хвостатого ядра происходит пре – и постсинаптическая активация механизмов в терминальных областях восходящих нигростри-атных и мезолимбических путей либо мезолимбических и ме-зокортикальных. При поражении одновременно лобной коры и хвостатых ядер компенсация ограниченна. Она может быть – осуществлена оставшимися неповрежденными дофаминерги-ческими путями в других структурах мозга. Например, в гип-покампе, так как известно, что его разрушение изменяет чувствительность дофаминергической системы переднего мозга к фармакологическим воздействиям, в частности к галопери-долу [Isaacson R. et al., 1981]. Подчеркнем также, что дофаминергическая сверхчувствительность обнаруживается и при функциональном выключении дофаминергической рецепции, например, введением галоперидола [Marters М. et al., 1977; Chin A. et al., 1981]. Блокада дофаминергических рецепторов галоперидолом приводит к гиперчувствительности постсинаптических рецепторов, как только заканчивается их ингибирование (для галоперидола 48 ч после инъекции). Наблюдается гиперчувствительность в течение не менее 2 дней и медленно исчезает при однократном введении [Martres М., 1977; Spier L., 1982]. Аналогичный эффект «отдачи» при введении галоперидола оперированным кошкам наблюдался в наших опытах. Следует отметить, что эти эффекты сопровождаются и увеличением содержания дофамина в мозге [Zivkovic В., 1979], что усиливает компенсаторные возможности.
В психофармакологии интенсивно изучается пластичность на уровне синапсов. Накоплено огромное число психофармакологических, поведенческих, электрофизиологических, нейрохимических данных, говорящих в пользу представления, что изменения транспорта нейромедиаторов после денерва-ции сопровождаются изменениями чувствительности постсинаптических рецепторов [Спир Л. П., 1982], а стало быть, и эффективности синапсов. Приведем один пример: апомор-фин (специфический стимулятор дофаминовых рецепторов) в дозе 0,1 мг/кг, введенный системно крысам, восстанавливал сенсорное внимание у них после повреждения восходящих нигростриатных дофаминергических проекций. Мощный блокатор дофаминовых рецепторов спироперидол (0,05 мг/кг внутрибрюшинно) за 2 час до введения апоморфина в ряде случаев полностью тормозил компенсаторный эффект последнего. Это указывает на то, что у крыс с обширным разрушением пресинаптических запасов дофамина вследствие операции фармакологическое восстановление активности дофаминергических рецепторов эффективно способствует компенсации функции ориентации на раздражители [Маршалл Дж., 1982]. После спонтанного восстановления функции ориентации при разрушении дофаминергических волокон спустя 2— 3 мес крысам вводили ингибитор катехоламинового синтеза (или спироперидол), что приводило к обратному развитию процесса восстановления, т. е. декомпенсации. Затухание эффекта сопровождалось восстановлением функции. Можно заключить, что ее компенсация зависит от сохранения активности дофаминергических рецепторов, т. е. процесс восстановления связан с дофаминергическими механизмами. Эти факты полностью совпадают с нашими данными, полученными на оперированных кошках при изучении функции обобщения.
Кратко резюмируя, следует подчеркнуть, что элементарная рассудочная деятельность (функция обобщения и абстрагирования) имеет четко очерченную структурно-функционально-нейрохимическую организацию. При этом решающее значение приобретает ассоциативная таламостриофронтальная система интеграции с моноаминергической, холин – и ГАМКергической нейромедиаторными системами обеспечения, что необходимо учитывать в нормальных и болезненных проявлениях сложных форм поведения животных и человека.