Сравнительный анализ результатов изучения патологии лобной коры и хвостатого ядра подчеркивает наличие сходства и различий между этими функциональными образованиями даже на уровне компенсаторно-восстановительных реакций.
Первая группа экспериментов касалась анализа дофаминергической системы мозга оперированных животных. Уже априори можно было предположить, что, выключая оперативным способом хвостатое ядро, мы резко снижаем уровень содержания дофамина в мозге, так как этот медиатор в наибольшем количестве содержится именно в нем. Нигростриат-ные дофаминергические проекции прерываются во время операции на хвостатом ядре, и, следовательно, дефекты этой системы непосредственно отразятся на поведении.
Действительно, в 1-й серии опытов системное введение каудатэктомированным кошкам (п = 9) предшественника дофамина L-ДОФА в период декомпенсации приводило к статистически значимому улучшению решений задач как на относительно простые формы обобщения (геометрические фигуры, предъявляемые в случайной последовательности), так и на более сложные — количественные задачи. Процент правильных решений повышался с 40 до 73—76 (р< <С0,05)). Условные рефлексы практически оставались маловариабельными, но время реакций существенно увеличивалось и составляло более 10 с. Очевидно, компенсаторный эффект сопровождался большим напряжением аналитико-синте-тической деятельности оперированных животных. Хотя на следующий день временные характеристики возвращались на прежний уровень, а компенсаторное действие препарата сохранялось. Положительный эффект L-ДОФА сопровождался во всех случаях приема лекарства у 9 кошек.
Таким образом, при каудатэктомии в отличие от интактных животных L-ДОФА не нарушает интеллектуальные операции, а восполняет дефицит функций. В этом отношении данные результаты идентичны полученным при лобной недостаточности. L-ДОФА способствует компенсации только нарушенных функций, оставляя без изменения ненарушенные.
Сходные результаты получены в серии опытов с парентеральным введением фенамина оперированным животным (п = 7). Количество правильных ответов преобладало над ошибочными (р<0,05; рис. 33). Так, до введения лекарства процент правильных решений простых и сложных задач на обобщение был ниже 40%; на фоне лекарственной терапии — выше 60%. На 2-е сутки успешные решения держались на высоком уровне — 63—65%. Временные показатели были такими же, как и при введении L-ДОФА, а условные рефлексы имели тенденцию к улучшению.
Эти факты свидетельствуют о том, что восполнение недостающего эндогенного дофамина за счет экзогенной стимуляции дофаминергических структур, оставшихся неповрежденными у каудатэктомированных кошек, приводит к компенсации нарушенных функций.