В серии экспериментов, посвященных изучению возможного физиологического вклада ГАМКергических механизмов в осуществление сложных психических актов, было установлено, что блокирование ГАМКергических структур путем парентеральных инъекций антагониста ГАМК бикукуллина не сказывалось существенным образом ни на протекании условных рефлексов, ни на решении задач на обобщение и отвлечение разной степени сложности.
На следующие сутки кошки (п=12) достоверно чаще на 80—85% совершали правильные обходы как на фигуры (круги) у края ширмы в момент инъекций препарата, так и на раздражители, подаваемые по центру ширмы, с разными качественными и количественными параметрами, адекватные обходы были равны 65—70%. Величина времени, затраченного на решение задач, в целом оставалась маловариабельной (см. рис. 24).
Мы провели также серию опытов со стимуляцией ГАМКергических образований посредством введения ГАМК (амина-лон, гаммалон). В данных литературы нет окончательного решения в отношении активного проникновения ГАМК через ге-матоэнцефалический барьер. Поэтому наряду с ГАМК использовали аминалон (гаммалон), лекарства, проходящие через ГЭБ.
Физиологически оптимальные дозы ГАМК (аминалон) не внесли каких-либо изменений в ВНД животных. Мы не наблюдали ни улучшений, ни ухудшений в реакциях на простые и более сложные формы поведения.
Итак, инактивирование ГАМКергической системы мозга не могло помешать осуществлению высших функций мозга.
Таким образом, из 3 проанализированных нейромедиатор-ных систем мозга (дофаминергическая, холинергическая и
ГАМКергическая) выявили непосредственное участие в обеспечении интеллектуальных операций только первой системы.
Активирование ЦНС таким психостимулятором, как кофеин, было неэффективным в смысле достоверного изменения поведенческих реакций в нашей программе (см. табл. 10). Это косвенно указывает, что основной результат дофаминовых препаратов связан с воздействием на специфические аппараты мозга.